Старый город

Мы заглянули в один из почтовых ящиков Миасского завода.

Так называлась раньше старая часть города — по медеплавильному заводу, давшему ей начало. Правда, медные рудники довольно скоро истощились, зато оказалось, что долина реки Миасс полна рассыпного золота. Миасский завод охватила золотая лихорадка. Здесь даже нашли самый большой самородок в России — «Большой треугольник». В народе он называется «Сюткинским» в  честь Никифора Сюткина — старателя, который его нашёл. Самородок, как тогда полагалось, надо было сдать государству — отнести в контору золотых приисков, в золотоскупку. Никифор, совсем еще подросток, получил вознаграждение в 1266 рублей 60 копеек — в те времена на такие деньги можно было купить где-то 20 коров и несколько лет кормить досыта большую семью.

Конечно, неслыханная сумма дала повод для слухов и сплетен. Полвека спустя журналист Петр Падучев в очерке «Уральская Калифорния» дал волю фантазии и писал, что шальные деньги Никифору счастья не принесли: он якобы погряз в разгуле и «умер в нищете, презираемый и всеми забытый». Однако жизнь Никифора Сюткина вовсе не пошла под откос. Известно, по крайней мере, что достигнув 18-летия, он завёл семью и детей.

А теперь представьте, что вы нашли маленький золотой камушек. Что же вы с ним сделаете? Выложите фото в соцсети? Сдадите на экспертизу? Оставите на память?

Кого-то желанный металл осчастливил, а кого-то погубил. Есть документ Златоустовской Военносудной комиссии из дела о золоте, которое нашли при обыске у семнадцатилетнего мастерового Василия Павлова. Он нашёл это золото случайно: видимо, кто-то припрятал, и Василий не удержался от соблазна, забрал себе. Намеревался сдать в золотоскупку, но не успел: его поймали при досмотре, когда они с отцом возвращались с работы домой. Юноше был вынесен страшный приговор. Он должен был пройти сквозь строй из 400 солдат, которые шпицрутенами — жесткими ивовыми прутьями — били его по спине, а затем отправиться в тмутаракань — на железоделательные заводы графа Шувалова, без родных и знакомых.

А экскурсанты с изумлением провожали взглядом огромную территорию промышленного предприятия, удивляясь и недоумевая, почему же тогда полиэтиленовые мешочки — такой дефицит, не говоря уже о плёнке для теплиц.

В какой момент возникает город? С подписания верховного указа? С первого булыжника на мостовой? Или со взгляда человека, который знает, что здесь будут жить люди? Знал ли основатель города, тульский купец Илларион Лугинин, когда закладывал здесь свой медеплавильный завод, каким станет это место спустя 250 лет?

Как изменится контора золотых приисков — современный Дворец Михайловский. Исчезнет кафе-кондитерская Факерода, где можно было выпить чашечку кофе с пирожными, а дом купца Смирнова превратится в музей пельменя. И только на месте аптеки Шифнера так и будет работать государственная аптека, ни разу не изменив своему назначению. И еще сохранится сердце города — плотина, с которой всё началось.

Почтовые ящики Старого города наверняка видели множество фотокарточек Вениамина Леоньтевича Метенкова. Он родился в Миассе, увлёкся искусством светописи и открыл здесь своё первое фотоателье — правда, даже краеведы сейчас не могут указать точно, в каком здании оно находилось. Есть только краткое упоминание, что было оно «наискось от аптеки».

Новатор и экспериментатор, Вениамин Метенков увековечил удивительные панорамы родного края и снимал его фотолетопись. Он многое пробовал, находясь в поисках оригинальных решений. Первым на Урале делал портреты с искусственным освещением. Первым создавал городские панорамы с верхней точки и работал со стереофотографией. Почтовые карточки с его фотографиями разлетелись по миру, провозглашая красоту Урала.

Краеведческий музей хранит необычные аудиооткрытки — пластинки, на которых для какого-то важного события был записан голос отправителя или популярная песня. Получите музыкальный привет из прошлого века!

Все знают про подземные ходы Старого города, но никто их не находил, по ним не ходил. Кто-то говорит, что это ямы продуктовые вместо холодильников, или тайники для золота или переходы между домами. Может под старой частью вообще есть свой подземный город?

По легенде, у протоиерея Александра Иоанновича Малышева из дома был подземный ход до Петропавловского храма, который стоял на центральной площади. С советское время на месте храма поставили памятник Ленину, но и он не продержался до наших дней. Сейчас площадь пуста.

Но в Старом городе сохранился другой необычный памятник вождю мирового пролетариата. Символично, что он находится во дворе бывшего Напилочного завода — места рождения революции в Миассе. На праздничном митинге 1 мая 1923 года председатель профкома Жданов предложил зачислить Владимира Ильича Ленина в штат завода. Рабочие предложение поддержали. Ленина официально зачислили на должность почетного насекальщика третьего разряда. От имени коллектива Ленину была отправлена телеграмма.

Насекальщиком называли рабочего, изготовлявшего насечку на напильниках. На заводе даже оборудовали рабочее место для Владимира Ильича. Среди сотрудников шло соревнование за право на нём работать. Заслужить это можно было ударным трудом и активным участием в жизни предприятия. Владимиру Ильичу начислялась зарплата. Она переводилась в различные фонды, на организацию культурно-массовых мероприятий, на отдых детей, а в войну шла на нужды армии.

Вскоре на заводе решили поставить памятник. Его первый камень был заложен в день похорон вождя. Средства на установку пошли с зарплаты самого Ленина, который продолжал «трудиться» даже после смерти. Также за его счет на территории завода позже был установлен мемориал памяти рабочим завода, не вернувшимся с фронтов Великой Отечественной войны. Владимир Ильич исправно получал зарплату до 1991 года. Правда, в отпуск так ни разу и не сходил. А памятник почетному насекальщику сохранился до сих пор.